МОСКВА, 25 МАЯ. КРЕМЛЕВСКИЙ ДВОРЕЦ СЪЕЗДОВ

Не раз каждому из нас в прежние годы приходилось рассказывать о работе тех или иных высших органов государственной власти. И, надо сказать, нередко при этом удавалось действовать, что называется, по прецеденту. Ведь многое было предопределено заранее: кто что скажет, как и какое будет принято решение, кого куда выберут и чье мнение в очередной раз окажется единственно верным.
Самое сильное впечатление от первого заседания первого Съезда народных депутатов СССР — это непредсказуемость. Хотя, на первый взгляд, откуда бы ей взяться? В Конституции страны вроде бы ясно записано: первый после выборов Съезд избирает Председателя Верховного Совета СССР, его первого заместителя, утверждает Председателя Совмина страны и целый ряд других высших должностных лиц государства. Таким образом, что делать — известно. Правда, встает вопрос: как? Однако еще вчера он не очень бы взволновал тогдашних депутатов. За многие годы сформировалось устойчивое представление: кому положено, тот и скажет, как надо действовать.



Но сегодня время иное. И депутаты в значительной части иные. Вот почему для многих из них — и это обозначилось еще в ходе подготовки к Съезду — не было второстепенных вопросов. А поскольку, как сказал, открывая Съезд народных депутатов СССР, председатель Центральной избирательной комиссии В. П. Орлов, собравшиеся в Москве отражают все оттенки общественного мнения, то единственное, что на сей раз можно было предсказать,— это непредсказуемость. Так оно и было. Но это чуть позднее. А сначала несколько слов чисто протокольного характера.
Ровно в десять часов утра В. П. Орлов, согласно Конституции, открыл Съезд. Он поздравил депутатов с избранием в высший орган государственной власти страны, с большим доверием, которое им оказал советский народ. И тут произошла первая непредвиденность. Едва председатель Центральной избирательной комиссии сделал паузу, как на трибуну скорее вбежал, чем взошел, депутат В. Ф. Толпежников из Латвии. Он предложил Съезду почтить память погибших во время тбилисских событий 9 апреля и тут же огласил депутатский запрос по поводу ответственности конкретных лиц, которые санкционировали применение военной силы.
Конечно, многие из наших читателей все это видели сами на экранах телевизоров. Как известно, Съезд транслируется и будет, согласно заверению М. С. Горбачева в ответ на поступившую из зала записку, транслироваться полностью и дальше. Поэтому наша задача, с одной стороны, упрощается: можно говорить в значительной мере конспективно, тем более что «Известия» впервые начинают такие же прямые репортажи непосредственно силами своих журналистов. А с другой стороны, когда приходится рассказывать о том, что видят миллионы, невольно возникает опасение: не упустить бы главное.
Думаем, что у каждого дня заседаний Съезда, как у отдельной главы книги, будет что-то свое, главное. Сегодняшнее заседание — это обучение демократическим методам работы как самих депутатов, так и всех нас — избирателей, зрителей в условиях формирования новых и непривычных пока еще органов власти. И здесь одинаково важно соблюсти, что называется, меру во всем: как не «заорганизовать» Съезд и не «заговорить» его.
Думается, что первому заседанию в значительной мере все-таки удалось пройти между этими Сциллой и Харибдой. За два часа десять минут было решено немало процессуальных вопросов. И это несмотря на то, что по многим пунктам повестки дня возникали альтернативные предложения. Начиная даже с самой повестки.
После избрания президиума Съезда из 18 человек (15 от союзных республик, а также М. С. Горбачев, А. И. Лукьянов, В. П. Орлов) Съезду была предложена утвержденная накануне Советом представителей повестка дня, состоящая из десяти вопросов.
Однако тут же на трибуну поднялся депутат А. Д. Сахаров и предложил внести некоторые поправки. В частности, принять Декрет Съезда народных депутатов СССР. Перестройка — это революция, и слово «декрет» подходит наиболее точно к документу, который, в сущности, должен закрепить необратимость идущих в стране перемен.
Думается, что одной из зримых примет перемен явилось не только стремление многих депутатов откровенно высказаться по поводу повестки дня, но и сама возможность сделать это. Наши читатели в полной мере смогут лично убедиться в том, как и что говорилось на Съезде. «Известия» будут публиковать все выступления целиком. Наша задача как можно точнее передать атмосферу заседания, то неравнодушие, которое царило в зале, а, затем и за его пределами. Ну, скажите, кто бы мог из нас предположить еще недавно, что на глазах у всей страны один из лидеров московских неформалов молодой депутат С. Б. Станкевич сможет оспаривать мнение депутата... М. С. Горбачева? А оно так и было. Напомним: Станкевич предложил ввести поименное голосование по наиболее важным вопросам при условии, если это предложение поддержат не менее ста депутатов. Открытое голосование, по его мнению, лишает депутатов возможности выступить против тех проектов, принятия которых требуют их избиратели.
Депутат М. С. Горбачев поддержал предложение С. Б. Станкевича в той части, что поименное голосование в ряде случаев будет полезным. Однако, в свою очередь, предложил решить вопрос об этом не группе из ста депутатов, а всему Съезду. Это предложение и было принято. Но опять-таки вовсе не в прежней «обстановке полного единодушия». За предложение С. Б. Станкевича голосовал 431 депутат.

Нет комментариев

Нет комментариев пока-что

RSS Фид комментариев в этой записи ТрекБекURI

Оставьте комментарий

Вы должны войти для комментирования.