В ЗАЩИТУ СВОЕЙ КАНДИДАТУРЫ? НЕТ! В ЗАЩИТУ ПЕРЕСТРОЙКИ

Неожиданно для себя я, рядовой партийный работник, стал невольным «возмутителем спокойствия» в местных партийных органах. Ничего такого не случилось бы, если б этой неожиданности не предшествовала другая: я был выдвинут кандидатом в народные депутаты СССР по Черняховскому избирательному округу № 179 Калининградской области. Сначала мою кандидатуру предложил на своем собрании коллектив технических служб Гусевского завода светотехнической арматуры где я до 1984 года работал инженером, пока не перешел в партийные органы, а затем большинством голосов ее поддержала от имени трехтысячного заводского коллектива предвыборная конференция.
Мое выдвижение произошло неожиданно, надо полагать, не только для меня. А согласившись с решениями конференции, я вообще непредвиденно вышел на ту дорогу, которая, похоже, предназначалась не для меня.



Дело в том, что на заводской предвыборной конференции было выдвинуто пять кандидатур. Председатель Гусевского горисполкома В. Ф. Захаров, секретарь парткома О. М. Арашкевич, главный инженер завода И. М. Семенов, первый секретарь Калининградского обкома КПСС Д. В. Романин, ну и в том числе я, бывший инструктор отдела организационно-партийной работы обкома, переведенный в связи с сокращением его аппарата на работу в Балтийский горком в качестве заворга. Однако двое из названных товарищей — главный инженер и секретарь парткома завода И. М. Семенов и О. М. Арашкевич взяли самоотвод, а по остальным троим состоялось голосование, принесшее такой вот непредусмотренный результат.
Я, разумеется, хорошо понимал, что, не последовав примеру товарищей, взявших самоотвод, бросаю своего рода вызов и что предстоящее мне состязание будет отнюдь не на равных и скорее всего не в мою пользу. Тогда почему же я не отступил, отлично сознавая, что, кроме неприятностей, ничего больше не получу?
Во-первых, с моей стороны это было бы неуважением к тем, кто оказал мне такое доверие, которое я бы назвал обязывающим. Во-вторых, участие в предвыборной кампании, хотя бы на первом ее этапе, меня привлекало возможностью приобрести определенный политический опыт. А кроме того, товарищи, подавшие свои голоса за меня, кстати сказать, большинство не известные мне лично, просили «быть принципиальным до конца». Вот я и решил не брать самоотвода.
Не буду рассказывать обо всем, что было дальше. Скажу лишь о том, что для меня не явилось неожиданностью. О срочном вызове в обком партии.
Как же и о чем протекал разговор со мною в областном комитете?
По форме он носил неофициальный, как бы доверительно-товарищеский характер. Заместитель заведующего отделом оргпартработы и кадров В. К. Полухин, заведующие секторами Ю. А. Матвеев, С. В. Бондаренко сначала давали мне «дружеские» советы, увещевали, призывали: мол, надо понимать ситуацию, следует считаться с партийной дисциплиной, единством в областной партийной организации, наконец, с «этикой партийных отношений». Однако подспудная суть всего, что было сказано во время примерно часовой беседы, состояла в одном — не лезь... Впрочем, почему подспудная? Потом мне было сказано и напрямик: понимаю ли я, чему противопоставляю себя?
Тут в кабинет, где шел этот разговор (уже к его концу), как бы нечаянно зашел заведующий отделом организационно-партийной работы и кадров М. И. Климко. Начав тоже с добрых советов, в заключение (видимо, возмутившись моей непонятливостью или неуступчивостью) заявил примерно следующее: «Мы тебя посылали в Высшую партийную школу, но, видно, ошиблись. Зря партия на тебя деньги потратила».
Да, я только что закончил ВПШ, получив второе, вдобавок к техническому, образование. Но как раз оттуда вынес еще более твердое, чем прежде, убеждение, что партийная работа должна круто меняться. Мы должны учиться методам политической борьбы, идти в народ, уметь отстаивать свою точку зрения, не бояться состязательности. То есть партийную работу переводить на рельсы новаторства.
Такие взгляды нравились не всем, когда я работал в обкоме. В этом смысле, пожалуй, показателен такой эпизод. На одном из совещаний один нижестоящий партийный работник не постеснялся заявить: «Скажу откровенно, я считаю себя консерватором!» Он произнес это даже с некоторым горделивым вызовом. И что же? «Декларацию» встретили благосклонно, более того, вскоре этот товарищ пошел на повышение.
Но я отвлекся, остается сделать заключение. Несмотря на то, что мне было предложено «на досуге» (я сейчас в отпуске) подумать, я остался на своем, И не изменил своего, решения.
Коммунисты равны перед народом и партией. Разве не в этом состоит этика партийных отношений?

Нет комментариев

Нет комментариев пока-что

RSS Фид комментариев в этой записи ТрекБекURI

Оставьте комментарий

Вы должны войти для комментирования.